Как-то в один из карантинных, самоизоляционных, коронавирусных дней прошлой недели я с детьми заканчивала обедать.
Из трёх пожаренных мной бифштексов на сковороде оставалось два.
Дети не сразу заметили вкусную добавку. Девчонки быстро сориентировались и на глазах у изумлённого Димки, который поскромничал и не заявил о своих желаниях, быстренько их расхватали. Дима остался без добавки, но промолчал, сделав удивлённый и, возможно, слегка обиженный вид.
В тот момент я поняла, как сложно ему было возмутиться и отстоять своё желание в моменте — может быть, сложно было попросить или нагло взять самому.
Я подумала, что он, возможно, стерпел своё раздражение.
Тогда мне пришла идея игры.
Я подумала, что можно поиграть в «плохую маму» и «плохого сына», у которых будет много свободы и возможностей быть собой и без стеснения делать то, что хочется, и легально злиться.
Когда я начала предлагать Диме поиграть в эту игру, девочки тоже изъявили желание участвовать. И наши общие правила немного изменились.
Мы решили сыграть друг в друга: просто поменяться ролями и начать делать всё то же, что мы видим в нашем ежедневном поведении.
Муж в тот день болел, весь день спал и с нами не играл.
В первый раунд игры я поменялась ролями с дочкой Верой, а сын Дима — со своей младшей сестрой Любой.
Мы надели элементы одежды друг друга, обменялись смартфонами и наушниками.
А потом просто начали делать обычные дела.
Невероятно смешно было смотреть, как Люба и Вера, преображаясь в нас с Димой, для полного сходства увеличили свои габариты и подложили себе под футболки подушки 🤣. Когда Вера ещё и надела мою рубашку поверх, я каталась от смеха от комичной схожести образа.
В роли Веры мне было очень энергично. Чтобы войти в роль, я максимально пыталась вспомнить всё, что она любит и делает дома.
Для начала я вспомнила про их с Любой нескончаемые конфликты и начала задирать сестру (Дима в этой роли немного шарахался от меня и потом сказал, что боится Веру). Я постоянно говорила ей, что она меня бесит, что мама-Катя не замечает, и что это вот всё — она первая начала!
Я-Вера ругалась на Любу-Диму, что она взяла мои вещи, мой ластик, что это мой стол и вообще, что она меня бесит. При этом мне было важно, что она есть и ей можно это говорить.
А потом я просто ощутила огромное желание, чтобы от меня отстали все. Потому что мама-Катя (Вера) постоянно орала на меня, ругалась и говорила:
— Разбери посуду из посудомойки!
— Приберись на столе!
— Погуляй с собакой!
— Делай уроки!
А мне хотелось закрыться в туалете — что я и сделала, ощутив там спокойствие.
Выходить не хотелось. Потом я вышла и встала в угол — тоже из-за желания скрыться. И тогда уж мама не прикопается, думала я из своей роли, проживая её честно.
Когда я вышла и разобрала посуду, я понимала, что с мамой поговорить я совершенно не могу просто так. Она всё время просит меня что-то делать. И чтобы можно было с ней «встретиться», нужно прийти к ней только с проблемой. Тогда она, возможно, и сможет поговорить и увидеть меня. Было немного грустно, но сейчас вспоминаю, что я упорно игнорировала это чувство и продолжала ругаться с мамой и с сестрой. С братом Димой, которого изображала Люба, мы немного обсудили уроки и компьютерную игру.
А Вера в роли мамы, конечно, разошлась))) Но нам, детям, было рядом с Верой-мамой страшновато.
Вера так активно играла меня, что было и смешно, и грустно. Она ходила всех строила, командовала, доставала.
Такой концентрат контроля получился — просто жесть.
Когда она сказала: «Так, дети, я пошла работать, меня три часа не беспокоить!» — я аж вскрикнула:
— Наконец-то!
Так хотелось спокойствия и чтобы дали делать просто то, что хочется мне, а не только то, что надо всем.
В роли Любы Димке понравилось больше всех. Он сел играть в игрушки и так увлёкся, что даже не реагировал на мои агрессивные выпады из роли Веры в его адрес. Позже он тоже отмечал, что ему роль Любы была больше всех приятна.
Они с Любой разыграли по ролям их совместный еженедельный поход на танцы, как они обычно ходят туда вдвоём. И Дима изображал то, как Люба на всё обращает внимание, отвлекается, долго одевается, когда очень надо спешить.
Люба, видя себя со стороны, очень смеялась.
Люба, играя Диму, просто ходила в наушниках и особо себя не проявляла. Так, собственно, вели себя и другие игроки в его роли. Обсуждая потом этот момент, мы с детьми отметили, что в нашей семье у Димы есть законное право играть в компьютер сколько хочется без страха наказания, поэтому все и хотели это делать.
А также хотелось закрываться с телефоном в ванной и всячески абстрагироваться в уроках. Диме хотелось показывать свои хорошие оценки маме и обсуждать с ней инвестирование.
Когда я была Димой, а он мной, я заметила, как он с интересом рассказывал мне о моей работе, о клиентах, а я чувствовала скуку и желание говорить на интересные мне темы.
Дальше мы ещё раз менялись парными ролями.
Когда я была Любой, а Люба — мной, я постоянно предлагала ей обниматься (как Люба делает со мной в жизни). Причём я говорила ей: «Давай обнимемся» в любых самых неожиданных ситуациях. А ещё я постоянно спрашивала её, любит ли она меня. Мне немного хотелось подтрунивать над ней в этом месте из её роли, показать ей некоторое её поведение со стороны. Впрочем, такая возможность была в этой игре у всех. И это удалось.
При обсуждении после игры мы по очереди отвечали на вопросы:
— Какая роль была самой приятной и почему?
— Кого было играть сложнее и почему?
— Как вы увидели себя со стороны, на что в своём характере, показанном другим человеком, обратили внимание?
Любашке понравилось быть Димой — не напрягаться. Вере — быть мамой и командовать. Диме — Любой, быть непосредственным. А я настолько по-разному себя чувствовала в каждой роли, что не могла выбрать лучшую.
Сложнее всего мне было в роли Веры, потому что много сил уходило на «войну» за свои права.
В роли Любашки я получила доступ к телесному контакту, и обниматься стало легально со всеми. Как-то очень проявилась тактильность и телесность в её роли.
В роли Димы хотелось просто играть в компьютер, и только так получалось абстрагироваться от сестёр и не включаться в их конфликты за счёт ухода в свой виртуальный мир.
Дима, проанализировав нашу игру, понял, что мало себя предъявляет дома, в отношениях с близкими. Он заметил свою отстранённость. Понял, что ему не хочется контактировать.
Любашка отметила сложность роли мамы и то, как сложно ей было регулировать конфликты своих «дочек».
Надо сказать, что она делала это очень хорошо, наверное, лучше, чем это делаю я :) Люба всегда всё разрешала и была доброй мамой. Со мной обнималась и на вопросы о любви всегда говорила, что любит меня, даже если была занята чем-то и даже если в этот момент мой вопрос был неуместен.
Диме не хватило времени поиграть в маму. Ему было сложно раскрыть эту роль. В этом месте я понимаю, что он сейчас в таком возрасте, когда это нормально. Радуюсь, что он может это понять, хотя и тревожусь немного. Очень хочется сохранить наши отношения.
Интересно было ещё и то, как по-разному все мы реагировали на болеющего и не принимающего участия в игре папу-мужа Руслана в соседней комнате. Кто-то его вспоминал из своей роли и уходил заботиться, кому-то было не до папы.
Вот такая полезная игра у нас получилась. Вспоминаю её с удовольствием. Мне кажется, это была очень крутая возможность посмотреть на себя со всех сторон и понять себя и близких.
Я поняла, что в роли мамы не часто бываю нежной и заботливой, больше — суетливой и контролирующей. Что если ребёнок открыт к телесности, то и у меня лучше получается обнимать и прижимать его к себе. Что все дети чувствуют себя в семье по-разному, разного хотят — и это нормально.
Поняла, что дела по дому — это, конечно, важно, но и свобода делать то, что хочется, тоже очень важна. Что у меня у самой её немного. Разве что в последнее время появилась онлайн-работа и право законно быть не тронутой заботами в это время.
Грущу, что моим детям приходится жить всем в одной комнате и хоть и иметь своё рабочее место, шкаф, кровать, но при этом не иметь своего уединённого пространства.
Понимаю, что бессильна тут что-то поменять в ближайшее время. И думаю, как важно давать возможность каждому из нас побыть самим с собой, в уединении. Хорошую роль тут играют наушники, смартфоны и индивидуальные компьютеры, а также прогулки и общение вне дома.
Поняла, что ограничивать время у компьютера детям, конечно, надо, но при этом должна быть альтернатива для реальной жизни. Как вариант: хорошая погода, спорт, хобби, книга, настольная игра и реальная возможность встречи с друзьями.
Выводом моего рассказа о нашей совместной игре может быть только одно: огромная польза опыта ставить себя на место другого и смотреть с другой стороны и на себя, и на других.
Играйте с детьми чаще и не бойтесь быть честными с ними и с собой в первую очередь.
Из трёх пожаренных мной бифштексов на сковороде оставалось два.
Дети не сразу заметили вкусную добавку. Девчонки быстро сориентировались и на глазах у изумлённого Димки, который поскромничал и не заявил о своих желаниях, быстренько их расхватали. Дима остался без добавки, но промолчал, сделав удивлённый и, возможно, слегка обиженный вид.
В тот момент я поняла, как сложно ему было возмутиться и отстоять своё желание в моменте — может быть, сложно было попросить или нагло взять самому.
Я подумала, что он, возможно, стерпел своё раздражение.
Тогда мне пришла идея игры.
Я подумала, что можно поиграть в «плохую маму» и «плохого сына», у которых будет много свободы и возможностей быть собой и без стеснения делать то, что хочется, и легально злиться.
Когда я начала предлагать Диме поиграть в эту игру, девочки тоже изъявили желание участвовать. И наши общие правила немного изменились.
Мы решили сыграть друг в друга: просто поменяться ролями и начать делать всё то же, что мы видим в нашем ежедневном поведении.
Муж в тот день болел, весь день спал и с нами не играл.
В первый раунд игры я поменялась ролями с дочкой Верой, а сын Дима — со своей младшей сестрой Любой.
Мы надели элементы одежды друг друга, обменялись смартфонами и наушниками.
А потом просто начали делать обычные дела.
Невероятно смешно было смотреть, как Люба и Вера, преображаясь в нас с Димой, для полного сходства увеличили свои габариты и подложили себе под футболки подушки 🤣. Когда Вера ещё и надела мою рубашку поверх, я каталась от смеха от комичной схожести образа.
В роли Веры мне было очень энергично. Чтобы войти в роль, я максимально пыталась вспомнить всё, что она любит и делает дома.
Для начала я вспомнила про их с Любой нескончаемые конфликты и начала задирать сестру (Дима в этой роли немного шарахался от меня и потом сказал, что боится Веру). Я постоянно говорила ей, что она меня бесит, что мама-Катя не замечает, и что это вот всё — она первая начала!
Я-Вера ругалась на Любу-Диму, что она взяла мои вещи, мой ластик, что это мой стол и вообще, что она меня бесит. При этом мне было важно, что она есть и ей можно это говорить.
А потом я просто ощутила огромное желание, чтобы от меня отстали все. Потому что мама-Катя (Вера) постоянно орала на меня, ругалась и говорила:
— Разбери посуду из посудомойки!
— Приберись на столе!
— Погуляй с собакой!
— Делай уроки!
А мне хотелось закрыться в туалете — что я и сделала, ощутив там спокойствие.
Выходить не хотелось. Потом я вышла и встала в угол — тоже из-за желания скрыться. И тогда уж мама не прикопается, думала я из своей роли, проживая её честно.
Когда я вышла и разобрала посуду, я понимала, что с мамой поговорить я совершенно не могу просто так. Она всё время просит меня что-то делать. И чтобы можно было с ней «встретиться», нужно прийти к ней только с проблемой. Тогда она, возможно, и сможет поговорить и увидеть меня. Было немного грустно, но сейчас вспоминаю, что я упорно игнорировала это чувство и продолжала ругаться с мамой и с сестрой. С братом Димой, которого изображала Люба, мы немного обсудили уроки и компьютерную игру.
А Вера в роли мамы, конечно, разошлась))) Но нам, детям, было рядом с Верой-мамой страшновато.
Вера так активно играла меня, что было и смешно, и грустно. Она ходила всех строила, командовала, доставала.
Такой концентрат контроля получился — просто жесть.
Когда она сказала: «Так, дети, я пошла работать, меня три часа не беспокоить!» — я аж вскрикнула:
— Наконец-то!
Так хотелось спокойствия и чтобы дали делать просто то, что хочется мне, а не только то, что надо всем.
В роли Любы Димке понравилось больше всех. Он сел играть в игрушки и так увлёкся, что даже не реагировал на мои агрессивные выпады из роли Веры в его адрес. Позже он тоже отмечал, что ему роль Любы была больше всех приятна.
Они с Любой разыграли по ролям их совместный еженедельный поход на танцы, как они обычно ходят туда вдвоём. И Дима изображал то, как Люба на всё обращает внимание, отвлекается, долго одевается, когда очень надо спешить.
Люба, видя себя со стороны, очень смеялась.
Люба, играя Диму, просто ходила в наушниках и особо себя не проявляла. Так, собственно, вели себя и другие игроки в его роли. Обсуждая потом этот момент, мы с детьми отметили, что в нашей семье у Димы есть законное право играть в компьютер сколько хочется без страха наказания, поэтому все и хотели это делать.
А также хотелось закрываться с телефоном в ванной и всячески абстрагироваться в уроках. Диме хотелось показывать свои хорошие оценки маме и обсуждать с ней инвестирование.
Когда я была Димой, а он мной, я заметила, как он с интересом рассказывал мне о моей работе, о клиентах, а я чувствовала скуку и желание говорить на интересные мне темы.
Дальше мы ещё раз менялись парными ролями.
Когда я была Любой, а Люба — мной, я постоянно предлагала ей обниматься (как Люба делает со мной в жизни). Причём я говорила ей: «Давай обнимемся» в любых самых неожиданных ситуациях. А ещё я постоянно спрашивала её, любит ли она меня. Мне немного хотелось подтрунивать над ней в этом месте из её роли, показать ей некоторое её поведение со стороны. Впрочем, такая возможность была в этой игре у всех. И это удалось.
При обсуждении после игры мы по очереди отвечали на вопросы:
— Какая роль была самой приятной и почему?
— Кого было играть сложнее и почему?
— Как вы увидели себя со стороны, на что в своём характере, показанном другим человеком, обратили внимание?
Любашке понравилось быть Димой — не напрягаться. Вере — быть мамой и командовать. Диме — Любой, быть непосредственным. А я настолько по-разному себя чувствовала в каждой роли, что не могла выбрать лучшую.
Сложнее всего мне было в роли Веры, потому что много сил уходило на «войну» за свои права.
В роли Любашки я получила доступ к телесному контакту, и обниматься стало легально со всеми. Как-то очень проявилась тактильность и телесность в её роли.
В роли Димы хотелось просто играть в компьютер, и только так получалось абстрагироваться от сестёр и не включаться в их конфликты за счёт ухода в свой виртуальный мир.
Дима, проанализировав нашу игру, понял, что мало себя предъявляет дома, в отношениях с близкими. Он заметил свою отстранённость. Понял, что ему не хочется контактировать.
Любашка отметила сложность роли мамы и то, как сложно ей было регулировать конфликты своих «дочек».
Надо сказать, что она делала это очень хорошо, наверное, лучше, чем это делаю я :) Люба всегда всё разрешала и была доброй мамой. Со мной обнималась и на вопросы о любви всегда говорила, что любит меня, даже если была занята чем-то и даже если в этот момент мой вопрос был неуместен.
Диме не хватило времени поиграть в маму. Ему было сложно раскрыть эту роль. В этом месте я понимаю, что он сейчас в таком возрасте, когда это нормально. Радуюсь, что он может это понять, хотя и тревожусь немного. Очень хочется сохранить наши отношения.
Интересно было ещё и то, как по-разному все мы реагировали на болеющего и не принимающего участия в игре папу-мужа Руслана в соседней комнате. Кто-то его вспоминал из своей роли и уходил заботиться, кому-то было не до папы.
Вот такая полезная игра у нас получилась. Вспоминаю её с удовольствием. Мне кажется, это была очень крутая возможность посмотреть на себя со всех сторон и понять себя и близких.
Я поняла, что в роли мамы не часто бываю нежной и заботливой, больше — суетливой и контролирующей. Что если ребёнок открыт к телесности, то и у меня лучше получается обнимать и прижимать его к себе. Что все дети чувствуют себя в семье по-разному, разного хотят — и это нормально.
Поняла, что дела по дому — это, конечно, важно, но и свобода делать то, что хочется, тоже очень важна. Что у меня у самой её немного. Разве что в последнее время появилась онлайн-работа и право законно быть не тронутой заботами в это время.
Грущу, что моим детям приходится жить всем в одной комнате и хоть и иметь своё рабочее место, шкаф, кровать, но при этом не иметь своего уединённого пространства.
Понимаю, что бессильна тут что-то поменять в ближайшее время. И думаю, как важно давать возможность каждому из нас побыть самим с собой, в уединении. Хорошую роль тут играют наушники, смартфоны и индивидуальные компьютеры, а также прогулки и общение вне дома.
Поняла, что ограничивать время у компьютера детям, конечно, надо, но при этом должна быть альтернатива для реальной жизни. Как вариант: хорошая погода, спорт, хобби, книга, настольная игра и реальная возможность встречи с друзьями.
Выводом моего рассказа о нашей совместной игре может быть только одно: огромная польза опыта ставить себя на место другого и смотреть с другой стороны и на себя, и на других.
Играйте с детьми чаще и не бойтесь быть честными с ними и с собой в первую очередь.